Из почты редакции: О письме в «Сельскую жизнь»

   В одном из своих писем, где я касался деятельности районной газеты, я упомянул, что в свое время письменно обращался в редакцию центральной газеты «Сельская жизнь». Вопрос касался частного характера, но был очень острым для моей семьи, требующим своего решения.

   Буду писать все с начала и подробно. У нас одна из дочерей часто болела. Мы возили ребенка в Ново-Буринскую участковую больницу. Там диагностировали воспаление легких. Лечили ее, но заметных улучшений не наблюдалось. Потому мы многократно вынуждены были обращаться в указанное выше лечебное учреждение. А в то время, три-четыре десятилетия назад, сплошное бездорожье, отсутствие нормального транспорта только усугубляли наше положение. Ветер, снег, а потому зимой переметало дорогу на открытых участках между Б. Казакбаево и Ново-Бурино.

   В конце нашему ребенку врачи поставили диагноз: астматический бронхит. Я тогда начал просить направление в Челябинск, областную больницу. Минуя ЦРБ, нам такое направление выдали. Тогда я начал снаряжать жену с больным ребенком в город. А сделать это, то есть, попасть в областной центр, тоже было непросто. Надо было добираться до  станции Тахталым на чем попало и как попало, чтобы дальше ехать поездом.

   В Челябинске, в областной больнице ребенка с матерью приняли, но отправили домой, так как у них не было свободных коек. И они вернулись домой тем же способом, как и добирались в город: как попало и на чем попало.

   Нам, родителям от такого подхода к проблеме стало тяжело, сердце так и разрывалось. А дочь наша росла красивым, умным ребенком, только никак не выздоравливала. Тогда возник вопрос: что делать дальше? И я решил попытаться написать письмо в редакцию газеты «Сельская жизнь». И написал все о наших мытарствах с больным ребенком от и до.

   Прошло с полмесяца, и к нам из Ново-Бурино приехал на машине скорой помощи врач. И сразу набросился на меня, мол, зачем писал жалобу в газету. Но при этом сказал, чтобы подготовили дочь к поездке в город. Назавтра же ее должны были увезти в больницу на машине.

   Что впоследствии и случилось. Но машина скорой помощи почему-то подвезла нас не к приемному покою, а куда-то на задворки больничного корпуса. Оттуда мы и вошли, и стали ждать приема. Ждали долго, пока я не постучался в дверь. После чего две женщины в белых халатах начали осмотр ребенка. Но и у городских врачей первым был вопрос не о состоянии больной, а тот, почему я написал в газету? И потом спросили, как мы попали сюда, ведь это был детский онкологический диспансер. Поэтому они проверяли нашего ребенка и на отсутствии у нее различных инфекций.

   Позже нам сказали, чтобы мы оправлялись домой, ребенок оставался здесь на излечение. Через полтора месяца дочь выписали, и я приехал ее забирать. Лечащий врач нам порекомендовал, увезти ее в санаторий в одном из сельских районов нашей области. Там детей учили, они проходили оздоровление санаторное под наблюдением врачей. Я увез и оставил там ребенка. Через месяц я приехал навестить дочь, а она плачет, говорит, забери меня, отец, отсюда.

   Я ее увез домой, и она после лечения меньше стала болеть. В это время дочка начала уже учиться в Халитовской школе. Это дело нам давалось тоже тяжело. Неделю дети жили в пришкольном интернате. А туда детей мы возили на тракторных тележках, на открытых кузовах грузовых автомобилей. Опять бездорожье, холод зимой и слякоть весной и осенью. И питание у детей было не очень качественным, хотя и было платным. Мы работающие крестьяне, видимо, считались богатыми людьми, коли с нас брали родительскую плату за питание в интернате. А у меня в одно время там жили и учились сразу четыре ребенка.

   Но как не было сложно с этим интернатом, дочь закончила 8 классов и поступила учиться на фельдшера в городе Каменск-Уральский. Годы ее учебы это тоже сплошные хлопоты по подвозу ее на станцию Тахталым и встрече с поезда, когда ехала домой. Она окончила медицинское училище, а во время учебы успела месяц отработать на практике в Ново-Буринской больнице.

   Итак, дочь повзрослела, стала дружить с парнем. И мы, родители, не откладывая дела в долгий ящик, сыграли свадьбу для наших детей. Конечно, свадьбы тех лет не были такими, как сейчас. Но получился этот наш праздник  добрым, хорошим.

    А после свадьбы молодожены исчезли, потерялись буквально через три дня. Оказывается, они тайно уехали в Сибирь. После трудного путешествия они прибыли в Ямало-Ненецкий автономный округ. Последней точкой их пути стал поселок Нумги, куда можно было добраться только вертолетом. Начали жизнь на севере новоселы в вагончиках. Позже переехали в город Надым, где проживают и поныне. По северной льготе уже и пенсию оформили. Каждый год приезжают в отпуск в деревню на своей иномарке.

   Дочь сейчас смеется и говорит, меня окончательно излечил суровый сибирский климат. Морозы на севере были ей только на пользу. Дочь мою зовут Аниса, а зятя – Рафаил. И меня они возили в гости к себе, в Сибирь. Вот такая история…

                                                                                                                          Г. Фаткуллин,

ветеран труда.

                                                                                                                       д. М. Казакбаево.

This site is protected by wp-copyrightpro.com

Яндекс.Метрика